ГЛАВА III ОТ ЧЕТЫРЕХ ДО ШЕСТИ МЕСЯЦЕВ

ГЛАВА III

ОТ ЧЕТЫРЕХ ДО ШЕСТИ МЕСЯЦЕВ

Правила гигиены, позволявшие нам поддерживать здоровье нашего питомца в цветущем состоянии до четырех месяцев, будут служить нам в нашем деле и в течение этого второго — по нашему мнению, самого важного — периода.

Час дрессировки пробил, ибо, по арабской пословице, можно гнуть на свои лад молодое дерево, старый же ствол нельзя выправить.

Весь наш метод покоится на пользовании наградами.

Будет ли этой наградой ласка или лакомство, будет ли это кусок мяса, бисквит, тартинка или медовый пряник — это неважно, мы будем все это обозначать одним выражением — подачка. Дома мы будем пользоваться сырой кониной, а вне дома маленькими сухариками, сделанными из муки и поджаренными на сале. Эти сухарики, не пачкая наших карманов, сослужат нам большую службу, чем все строгие парфорсы, усаженные в три ряда гвоздями.

Все наши занятия с собакою будут иметь целью добиться, чтобы она связала в своем уме идею о награде с идеею об известном действии, которое продиктовано ей нашим жестом или голосом и которое она должна выполнить.

Всякая дрессированная собака должна исполнять по первому приказанию каждое из следующих действий:

1. Поворачивать голову в нашу сторону, когда мы произносим ее кличку.

2. Приходить по приказанию «Сюда!», по свистку или по жесту, когда мы, нагнувшись, бьем правой рукой по колену.

3. Ложиться по команде «Лечь!», по свистку, при поднятии правой руки, при прицеливании, при звуке выстрела и при подъеме дичи.

4. Идти сзади нас по команде «К ноге!» и по жесту нашей руки, указывающей за спину.

5. Приносить поноску или дичь по команде «Подай!». Садиться и отдавать нам прямо с руки принесенный предмет по команде «Дай!».

6. Идти в поиск по указанному направлению по приказанию «Иди!» и по жесту руки, простертой в этом направлении.

7. Медленно подвигаться по команде «Вперед!» и по жесту руки, низко простертой, ладонью вниз, в желаемом направлении.

8. Оставлять стойку или след по приказанию «Брось!» и по маханию кистью руки, простертой горизонтально вперед.

Мы приняли слово «лечь», ибо не знаем более удобного повелительного наклонения.

В конце концов месяцев через шесть после начала дрессировки Фрама, все слова команды, приведенные выше, будут иметь очень мало значения, и, чтобы удержать нашего воспитанника в должных границах, достаточно будет жестов и свистка.

Обыкновенно, чтобы уложить собаку, свистком не пользуются, но мы в пользовании им видим большое удобство; при дрессировке собаки большого поиска наш голос часто оказывается недостаточно сильным, чтобы приказать лечь, и, если собака забудет взглянуть на нас, мы будем лишены возможности передать ей наше желание.

Если мы хотим сделать круг, чтобы обойти куропаток, по которым Фрам сделал стойку, и, так как мы решили к тому же перевести последнего в лежачую стойку, мы не будем отдавать приказания голосом, ибо это испугало бы птицу, а дадим легкий свисток, по которому он тотчас ляжет.

Мы будем пользоваться всегда одним и тем же свистком для одного и того же щенка и этим легче добьемся от него повиновения.

Мы употребляем свисток и для того, чтобы заставить собаку возвратиться, но тогда как, чтобы приказать лечь, мы даем один продолжительный свисток, для отзыва собаки мы даем ряд двойных свистков: фью-фью, фью-фью.

Для обучения подаче будем пользоваться соломенным жгутом, обшитым холстом таким образом, чтобы образовался маленький цилиндр длиною пятнадцать сантиметров и четыре сантиметра в диаметре; назовем его поноскою. Позднее мы устроим поноску из другого материала, сделав ее более тяжелою по концам при помощи двух кусков кирпича и придадим ей форму, удобную для облегчения равновесия грузов. Для достижения мягкой хватки необходимо пользоваться чем-нибудь мягким: можно делать практичные поноски из конца резиновой трубки, перчатки, наполненной бумагой, или мешка с опилками.

Во время прогулок дадим щенку возможность свести более близкое, но мирное знакомство с домашнею живностью. Будем почаще повторять ему его кличку и приказание «сюда» с присоединением подачки.

Первый урок

Мы приводим Фрама в какое-нибудь огороженное место, где бы ничто не могло отвлекать его внимания. Наклонившись и повторяя безостановочно и медленно слово «лечь», мы заставляем нашего щенка лечь на живот, положив голову на вытянутые вперед передние лапы; продержим его в этом положении, все время лаская; затем берем правой рукой подачку, кладем ее ему в рот, произнося несколько раз слово «иди», и позволяем ему встать и пойти.

Когда щенок немного порезвится, мы снова начинаем тот же урок и поступаем так четыре раза подряд, а затем оставляем нашего ученика в покое.

Позаботимся о том, чтобы не пришлось заставлять щенка ложиться на сырую землю, ибо это может вызвать с его стороны сопротивление. Вначале мы будем требовать от щенка полной распростертости, это очень важно; в дальнейшем мы увидим, должны ли мы строго придерживаться этого требования. Урок продолжается пять минут и повторяется несколько раз в день. Наиболее интеллигентные особы требуют не более шести дней, чтобы научиться исполнять это упражнение, после чего очень важно не давать им ни одной подачки, не заставив их предварительно лечь. После того как Фрам узнает значение слова «лечь», мы будем сопровождать это приказание легким свистом и поднятием правой руки в вертикальном направлении; несколько времени спустя одного их этих трех знаков будет достаточно, чтобы собака легла.

Второй урок

— Фрам! Лечь!

Когда щенок выполнит это приказание, мы показываем ему подачку и кладем ее на землю на расстоянии метра от его носа; через несколько секунд мы произносим слово «иди»; собака бросается и радостно схватывает кусочек. Коль скоро результат этого будет достигнут, мы не будем больше позволять собаке есть ее корм, не уложив ее предварительно перед ее чашкой.

Третий урок

Во время предыдущего урока Фрам думает лишь о желанном моменте, когда мы произнесем слово «иди» не надо же злоупотреблять терпением нашего приятеля: мы скоро достигнем гораздо большего следующим образом.

— Лечь!

Щенок и подачка лежат одна перед другим на своих местах; вместо того чтобы сказать «иди», мы подымаем подачку с земли и, не торопясь, даем ее нашему воспитаннику, требуя, чтобы он не трогался с места; берем вторую подачку и проделываем то же. Немного надо логичности Фраму, чтобы понять, что ему нет никакой необходимости бросаться на подачку, ибо, когда он не может подойти к ней, она сама является к нему. Постепенно мы дольше и дольше оставляем щенка лежать перед его кормом; удаляемся от него, приближаемся, даже делаем вид, что не обращаем на него внимания и позволяем другой собаке подходить и совать нос в его посудину.

Мы знали пятимесячных пойнтеров, остававшихся лежать так среди двора, мы уходили от них на десять минут и, когда возвращались, находили их на том же месте. Эти же самые пойнтера, в годовалом возрасте, ложились на стойке перед выводком и несколько времени нас ожидали, и в то время как собаки наших товарищей гонялись по полю за зайцами, увлекая своим примером и послушных собак, собаки, дрессированные нами, лежали, не обнаруживая никакого волнения. Всего этого достичь легко, но только очень постепенно. Не должно быть места суровости, но не надо и поблажек.

Четвертый урок

Нам нет необходимости ждать дольше и мы можем теперь расстрелять несколько пистонов из детского пистолета, приказывая при каждом выстреле лечь. Через несколько дней этого слабого хлопка будет достаточно, чтобы щенок охотно лег, ибо это сулит ему подачку, в которой мы никогда ему не отказываем.

Позднее мы возьмем настоящий пистолет или ружье, но будем действовать очень постепенно, чтобы не напугать впечатлительное животное.

Когда мы перейдем к ружью, мы будем требовать лечь в тот момент, когда мы прикладываемся.

Пятый урок

Каждый урок продолжается всего несколько минут; достаточно заниматься четыре или пять раз в день, чтобы щенок обнаружил некоторую сметливость, успех был достигнут и собака охотно повиновалась.

Настало время заниматься с нашим другом во время прогулки.

— Фрам! Лечь!

Всякий раз, как мы удаляемся от лежащего щенка, возвратись, мы награждаем его. Сначала мы удаляемся медленно пятясь, затем, по мере успехов воспитанника, быстрее и, наконец, бегом.

Первое время необходимо позволять ему подыматься только после того как, возвратись, мы дали ему подачку; тогда, видя, что мы уходим, он не будет пытаться следовать за нами, зная, что мы обязательно возвратимся.

Только позднее и то изредка мы будем подзывать его издали, да и то, прежде чем крикнуть «сюда», мы должны сделать два или три шага по направлению к щенку.

Шестой урок

Фрам ложится очень хорошо, когда мы рядом, но он должен повиноваться на всяком расстоянии, вот в чем мы можем с успехом поупражнять его во время прогулки: в то время как он галопирует, мы громко свистнем. Щенок или ляжет — и тогда мы, быстро подойдя, наградим его, — или же он посмотрит, готовясь подойти к нам, тогда мы повторим жест и приказание, и, если щенок, проползя по направлению к нам, ляжет в нескольких шагах от нас, мы пойдем к нему, возьмем на руки, отнесем назад и заставим его лечь на том месте, где он был, когда услышал первое приказание, и возвратимся медленно на место, с которого мы приказывали.

Мы снова свистнем и, подождав его, идем к нашему щенку, награждаем его и заставляем подняться.

Когда мы несколько раз повторим этот маневр, относя или отводя Фрама на то самое место, где он получил приказание свистком, выстрелом или жестом, он не захочет больше отдалять момента получения подачки, уходя ложиться на другое место. Не будем допускать даже одного шага после того, как приказание «лечь» отдано.

Седьмой урок

Чтобы заставить собаку ложиться при подъеме птицы или зверя, выроем вблизи от дома ямку в земле, посадим туда голубя, а сверху положим дощечку, снабженную шнурком, прижав ее кирпичом; всякий раз, как мы будем выходить с Фрамом, держа его на сворке или пустив его свободно, мы будем дергать шнурок; в момент взлета птицы мы таинственно произносим «лечь», говоря как можно тише и щедро награждая за исполнение приказания; скоро не будет необходимости в приказании: Фрам будет сам ложиться при взлете чтобы получить подачку. Хорошо будет менять местонахождение ямки, это легко сделать, так как, чтобы сделать ямку достаточной глубины, надо вырыть земли всего на один штык лопаты.

Можно пользоваться и ящиком, употребляемым на голубином стрельбище.

То же, что мы делали с голубем, проделаем с полудиким кроликом; но если первый возвращается на голубятню, второй отлично бы мог совсем убежать, поэтому мы наденем ему ошейник с цепочкой, к которой будет прикреплена веревка. Не будем упускать случая заставлять Фрама ложиться при взлете голубей, кормящихся на дворе и по дорогам. Хороший метод, заставив собаку лечь посреди двора, пустить прирученную дичь и даже полудиких кроликов и, пока дичь будет там находиться, удерживать собаку распростертой. В несколько дней Фрам привыкнет ложиться при появлении дичи.

Этот урок требует материала, которым не располагают в городе, поэтому его можно отложить на время, посвятив, позднее на угодьях, несколько уроков упражнению, которым мы занимались теперь, и быстро достичь желаемых результатов.

Восьмой урок

Очень приятно иметь возможность держать собаку у своих ног, не прибегая ни к какой сворке, если в этом встретится надобность, а случаи такие на охоте очень многочисленны: пойти на условленное место встречи, сделать обход, чтобы захватить ветер, пройти через чужие угодья; да даже и в обыденной жизни, например, чтобы доставить обитателям питомника полезную тренировку за лошадью или велосипедом и не бояться увидеть, как они унесутся в поле. Вот как дается на прогулке этот урок. Мы чуть было не сказали «этот важный урок», но всю предлагаемую методу можно сравнить с лестницей, по которой мы поднимаемся ступенька за ступенькой: все ступеньки важны, если пренебречь одной, вся наша дрессировка потеряет свою последовательность и цельность.

Мы выходим с Фрамом и после того, как он, порезвившись при выходе из питомника, отдохнет и отправит естественные потребности, заставляем его лечь и привязываем к его ошейнику шнурок, держа последний в левой руке. Когда собака привыкнет к такой привязи, мы берем подачку в правую руку и, держа ее за спиною, приседаем немного и отдаем подачку щенку, не вынимая руки из-за спины и произнося несколько раз слова «к ногам».

Во время прогулок мы будем часто проделывать это упражнение. Фрам быстро соединит в своем уме представление о подачке с необходимостью следовать сзади нас, и менее чем через неделю при слове «к ногам» он подбежит к нашим ногам; тогда, заложив руки за спину, мы сделаем несколько шагов, затем, нагнувшись, отдадим щенку подачку, которой будет дожидать, труся сзади.

Будем удлинять более и более время, в продолжение которого мы будем заставлять щенка идти сзади нас, ничего ему не давая, но постараемся награждать его всегда раньше, чем истощится его терпение.

Мало-помалу мы достигнем желанного результата. Не будем позволять Фраму, получившему подачку, уходить от нас, пока не прикажем ему «иди».

Скоро наступит момент, когда нужно будет заставлять его на прогулке идти все время у ног; послушание его от этого много выиграет.

Девятый урок

Мы будем дрессировать нашу собаку с подачей, и мы имеем для этого достаточное основание.

Подача — прежде всего средство сделать собаку мягкой. Затем, чем разнообразнее программа дрессировки собаки, тем скорее и лучше выучивается она ее выполнять; в лесу подача часто бывает полезна, на болоте она необходима.

Наконец, если говорить с точки зрения коммерческой, то охотники в газетных объявлениях обычно выражают желание купить апортирующих собак, подача же требуется и на испытаниях короткого поиска.

Но чтобы подача являлась достоинством, надо, чтобы собака подавала только по приказанию, имела бы мягкую хватку и чтобы желание не побуждало бы ее срывать со стойки и нестись только за зайцем. Поэтому мы примем за правило, чтобы собака с самого раннего возраста обучалась подаче всяких мягких предметов, всякой дичи, даже с неприятным запахом, а особенно водоплавающей, но обучалась бы дома.

На охоте, до двухлетнего возраста, собака не будет иметь права притронуться ни к одной убитой птице; когда же ей минет два года, мы будем позволять ей подавать одну из пяти битых птиц, но обязательно битую мертво.

Только позднее, и то с большою осторожностью, мы пошлем ее за подранком.

Мы настоятельно просим хорошенько вникнуть в то, что подача, не облегчая обучения стойке, только увеличивает препятствия, которые мы должны преодолеть, чтобы удержать в границах отчетливого повиновения собаку, носящуюся карьером вне власти наших рук. Поэтому многие охотники, которым не приходится ходить по болотам, не обучают своих собак большого поиска подаче, но они не задумаются вторично стрелять по подранку, или, если им это не удается, они, подождав несколько времени, заставляют собаку идти по следу и бьют подранка из-под ее стойки, или, чаще всего, подымают его уже мертвым. Таким образом они потеряют меньше дичи, чем если бы их собака бросилась как сумасшедшая, проскочила бы дичь, затоптала бы ее следы, а саму ее заставила бы скрыться тем скорее, что та почувствовала бы себя настигнутой вплотную.

Сколько наша собака с невыработанной подачей поднимает вне выстрела дичи из-за одной птицы, которую она найдет и подаст!

Будем дрессировать с подачей, но подачей разумной. Мы находимся во дворе или в комнате, в руках у нас маленькая поноска, подносим ее Фраму, как игрушку, и бросаем в нескольких шагах, произнося «подай»; если он пойдет за ней и принесет нам ее — отлично; чтобы позабавить щенка, мм потрясем немного поноску, которую он держит в зубах; в момент, когда собака разожмет челюсти, мы вытаскиваем поноску и всовываем ей в рот подачку; помашем снова перед носом щенка поноской и повторим раза два-три ту же операцию; мы знали собак, которые с первого урока соединяли в своем уме идею о поданной вещи с идеей о подачке.

Если щенок не обращает внимания на поноску, мы привязываем ему к ошейнику шнурок, открываем ему тихонько пасть и вкладываем туда поноску, удерживая ее левой рукой; спустя несколько секунд мы вынимаем правой рукой поноску и награждаем щенка.

В продолжение всего этого урока, мы держим подачку между большим пальцем и остальными, вытянутыми и сжатыми, и стараемся просунуть ее снизу поноски прямо в зубы щенку таким образом, чтобы внушить ему, что, положив последнюю нам в руки, он тем самым заставит появиться из поноски лакомство.

По той же причине некоторые дрессировщики превозносят употребление в качестве поноски мешочка, в который вложен ломтик сыра.

Когда мы достигнем того, что щенок будет держать поноску во рту, мы заставим его следовать за нами на сворке, затем неожиданно возьмем от него поноску и наградим его. Если щенок уронит поноску, мы снова вложим ее ему в рот прежде, чем взять ее от него окончательно и наградить его.

Только когда щенок будет охотно нести поноску и проявит даже известное желание отнять ее у нас из рук, мы начнем бросать ее в нескольких шагах, подзадорив предварительно Фрама, помахав ею у него под носом.

Отсутствие успеха всегда является как следствие желания быстро идти вперед. Пока щенок считает работой, а не удовольствием держать поноску, — момент, когда можно будет посылать его за нею, еще не настал.

Когда подача будет хорошо изучена, мы заставим Фрама садиться и будем требовать, чтобы он открывал пасть только по приказанию «дай». Позднее мы заставим его подавать кусок хлеба, затем котлету, чтобы внушить ему, что нельзя есть того, что он подает, и что он исполняет работу, а не играет.

Десятый урок

Лето. Купанье наших собак является превосходной подготовкой их для охоты в болоте. Даже в поле, когда битая куропатка упадет на другой берег ручья, мы будем счастливы, если наша собака не замедлит пойти туда за нею. Поищем отлогого берега, например место водопоя, и начнем бросать маленькие подачки все дальше и дальше в воду, говоря «подай»; щенки кончат тем, что поплывут, чтобы удовлетворить свою алчность. Выберем для этого урока нехолодную воду и солнечный день, чтобы наши воспитанники скорее высохли.

Как только щенки перестанут бояться воды, можно будет сразу же заставить их подавать из воды мешочек, наполненный пробками. Это так просто, что нам кажется лишним на этом останавливаться.

Одиннадцатый урок

Во время наших прогулок выберем место, поросшее колючим кустарником и представляющее мало соблазна проникнуть в него, дадим Фраму хорошенько понюхать поноску и бросим ее в нескольких шагах от него в кусты: «Фрам! Подай!»

Действуя очень постепенно и щедро награждая собаку, мы достигнем того, что можно будет заставлять нежного пойнтера продираться через кустарник, затрудняющий его больше чем коккера. Не будем отбивать охоты у нашего ученика, желая двигаться слишком быстро.

Двенадцатый урок

Подача совершенно остывшей дичи — прекрасное упражнение для дома, но и здесь мы будем действовать осторожно и смотреть за тем, как собака берет дичь. Если наш щенок слишком поспешно бросится за птицей — уложим его перед ней, прежде чем позволить ему взять. После битой птицы надо перейти к живой дичи: голубям, молодым кроликам, предварительно связанным. Мы будем всегда сперва заставлять щенка несколько времени носить птицу за нами, а уж потом посылать его за нею; благодаря такому приему собака лучше научится, как она должна держать дичь во рту.

Повторение упражнений с подачею обеспечивает ее правильность.

Мы всегда считали прекрасным следующий пример: возвратясь с охоты, надо вынуть из ягдташа добычу и разложить ее по двору; потом привести собак, уложить их тут же; затем, по приказанию, отданному словом или жестом, заставить каждую из них по очереди отыскать по одной штуке дичи, за что и награждать их, не скупясь на ласки, — и так проделывать каждый раз. У нас не было никогда собаки с действительно грубой хваткой, против которой только что приведенное упражнение не послужило бы верным и решительным средством.

Тринадцатый урок

Здесь мы сделаем отступление, друзья читатели, чтобы обратить ваше особенное внимание на последующие уроки, имеющие своим предметом разработку поиска математически точного, под острыми углами, на всяких аллюрах.

Такой поиск дается собаке легче, если она работает на аллюре, наиболее для нее подходящем; однако при дрессировке, чтобы не упустить собаки из рук, приходится ее держать от себя на известном расстоянии и умерять быстроту ее хода. Когда мы достигнем поиска, о каком мы выше говорили, то будет не более как игрушкой увеличить его широту и быстроту хода; движения же направо и налево останутся такими же методичными.

Почти все руководства по натаске рекомендуют разработку поиска, но считают излишним вдаваться в детали методов, позволяющих достичь верных результатов. Сильные своим опытом, мы приведем здесь метод, который считаем непогрешимым в руках того, кто пожелает придерживаться его до конца работы со своим воспитанником.

Мы вдадимся в детали, которые могут показаться излишними или детскими некоторым знатокам, но пусть они извинят нас, помня, что этот труд имеет целью дать возможность самому малоопытному охотнику выдрессировать самую упорную собаку, лишь бы у него хватило на это терпения.

Начнем же учить Фрама двигаться в том направлении, в котором нам желательно.

«Лечь!» Кладем на землю в трех метрах налево от щенка подачку, сами становимся в двух метрах перед ним и говорим: «Иди!» Вытягиваем горизонтально, направо, правую руку, прижатую до этого к груди; Фрам бросается в указываемом направлении и находит подачку.

Проделаем таким образом несколько раз, меняя направление то направо, то налево и стараясь произносить слово «иди» все тише и тише, и скоро щенок, следящий внимательно за движением наших рук, по одному жесту отправится в указываемом направлении.

Четырнадцатый урок

Будем увеличивать трудность предыдущего урока, становясь дальше и дальше от щенка и отдаляя от него подачку, кладя ее по линии, перпендикулярной к его корпусу. Мы повторяем совет умерять нетерпение Фрама. Прежде чем произносить приказание «иди», сопровождаемое жестом, мы медленно удаляемся от щенка, затем приближаемся, даем ему подачку и, наконец, возвращаемся на свое место.

Собака все время лежит в точке С, дрессировщик помещается на линии СД, а подачка положена в какой-нибудь точке П линии АВ (рис. 1).

Хорошо возможно чаще класть подачку на что-нибудь возвышающееся над землею, чтобы не приучать щенка искать, уткнувшись носом в землю. Впоследствии Фрам будет работать верхом и ему будет легче причуивать издали эманации, приносимые ветром.

Пятнадцатый урок

Когда щенок будет удовлетворительно исполнять предыдущее упражнение, на каком бы расстоянии мы от него ни находились, стоя прямо против него, мы начнем перемещаться по направлению, параллельному линии, соединяющей голову собаки с подачкой. Здесь будут три основных положения (рис. 2).

Тут представится случай еще раз попрактиковать Фрама в послушании. Дадим свисток, сопровождаемый поднятием руки в тот момент, когда Фрам собирается схватить подачку; если Фрам ляжет, мы подойдем к нему, дадим подачку, вынув ее из кармана, и несколько раз медленно произнесем слово «вперед»; по этому приказанию собака должна начать подвигаться шаг за шагом к подачке и, подойдя, взять ее. При движении Фрама вперед мы осторожно, но достаточно решительно сдерживаем его своркою.

Будем также приучать его останавливаться по приказанию «не смей». Позднее мы будем прерывать движение вперед остановками, приказывая — то «вперед», то «не смей».

До сих пор мы всегда показывали Фраму, куда клали подачку; добившись же, чтобы он хорошо усвоил описанное упражнение, можно начать класть подачку так, чтобы он ее не видел, но совершенно легко мог найти ее.

Шестнадцатый урок

Укладываем Фрама между двух подачек, сами становимся лицом к нему и посылаем его направо; тотчас, как он схватит первую подачку, мы свистим, Фрам ложится и смотрит на нас; тогда жестом левой руки мы посылаем его налево и он находит вторую, жестом же мы подзываем его к себе. Таким образом, исполнено первое движение того правильного поиска, которому мы желаем его научить (рис. 3).

Только при наличии правильного поиска мы сможем заставлять собаку вполне обыскивать пространство.

Правильный поиск развивает предприимчивость у собак лимфатичных и принуждает их обыскивать местечки, которыми они, по своей апатии, пренебрегли бы; он удерживает в должных границах собак с увлекающимся характером и позволяет обращать к нашей выгоде страстность их натуры; наконец, это тот поиск, который на испытаниях доставляет дрессировщику, равно как и собаке, заслуженную известность.

Всякий раз, как Фрам уклонится от направления, в котором он был нами послан, мы заставляем его лечь и затем посылаем его снова в том же направлении, тотчас приказывая ему лечь, если он бросится не точно по направлению нашей руки.

Разложим на дворе, по возможности не на самой земле, а выше: на скамейках, тумбах, столах, пнях, кирпичах и т. д. — целый ряд подачек в точках П, П1… П5. Затем приведем нашего воспитанника и уложим его в точке С, сами поместимся в точке Д — и урок начнется (рис. 4).

Посылаем Фрама из точки С в точку П, где он находит подачку, свистим, и собака ложится; продолжаем дальше таким же образом, пока щенок не окажется на точке П5, а мы в Д5,. Тогда посылаем его снова направо; но в момент, когда он проходит через точку О, заставляем его лечь, затем подзываем к себе и щедро награждаем, не скупясь на ласки.

Такой урок, повторяемый каждое утро и каждый вечер, когда щенок успокоился и отдышался, быстро научит собаку сновать челноком перед нами и точно повиноваться нашему беспроволочному телеграфу.

Надо, чтобы расстояние от П до П2 было по крайней мере метра три, чтобы Фрам не пробовал идти прямо из П в П2, не пройдя через П1.

Можно давать этот урок перед домом или даже на дороге, выбирая такое время, когда там трудно встретить что-либо могущее отвлекать внимание ученика. Кучами камня мы будем пользоваться, чтобы класть на них подачки.

Семнадцатый урок

Когда мы увидим, что послушание Фрама стало действительно механическим и инстинктивным, мы не будем больше заставлять его ложиться, а начнем посылать его из точки П в точку П1, из точки П2 в точку П3… сразу, как только он найдет подачку.

Мы можем с большим успехом возвратиться к пятнадцатому уроку, крикнув в нужный момент «не смей», затем «вперед». Наш щенок должен остановиться, затем медленным шагом подойти к подачке, направиться, опять-таки медленно, к следующей и пойти быстрым ходом лишь по приказанию «иди».

Восемнадцатый урок

Настал момент учить Фрама прекращать поиск по команде «брось» и жесту, сопровождающему это приказание.

Пойдем на двор, взяв с собою какую-нибудь пахучую подачку, потрем ею скамейку, стоящую в точке П, чтобы она приняла ее запах, и положим ее в точке П1, положим также подачки в точках П2, П4 и П5, в точке же П3 класть подачки не будем, а только сообщим ей запах последней, как сделали это в точке П; затем приведем Фрама и уложим его в точке С. Пошлем собаку из точки С в точку П, где она почует что-то соблазнительное, но ничего не найдет, вот тут-то мы и произнесем медленно и несколько раз подряд слово «брось», посылая щенка из точки П в точку П1, затем из точки П1 в точку П2, из точки П2 в точку П3, где мы и повторим достаточное число раз то же самое «брось», сопровождая его жестом кисти правой руки, помахивая ею, полувытянув горизонтально вперед. Затем посылаем из П3 в П4 и т. д.

Слово «брось» заставит собаку понять, что, разыскивая подачку, она должна более рассчитывать на нас, чем на собственный талант.

Мы считаем вредным прятать подачку и возлагать заботу о том, чтобы собака нашла ее, лишь на ее инстинкт. Собака проходит двадцать раз по одному и тому же месту и, наоборот, оставляет много мест необысканными, а если и находит подачку, то это является не больше, как делом случая.

Разработку поиска мы считаем очень важной. Один очень уважаемый охотничий писатель выразился недавно о кобеле пойнтере, награжденном на испытаниях, так: «X… обладает лишь средним чутьем, но его методичный поиск не позволяет ему пройти дичь, а его ум позволяет ему сделать стойку, не споров ее». Вот образец собаки, улучшенной именно дрессировкою.